В Вашингтоне прекрасно осознают, что стратегические планы Китая и в отношениях с США, и в глобальном масштабе весьма амбициозны. Поэтому в независимости от того, какими будут в цифровых показателях экономики КНР и Соединенных Штатов к 2030 году, Америке гарантированно будет все труднее этим планам и расчетам Пекина противостоять.
Будет ли Пекин править миром к 2030 году?
В Соединенных Штатах в преддверии президентских выборов нет недостатка в разного рода исследованиях и опросах общественного мнения, которые по идее их авторов должны как-то сориентировать новую администрацию Белого дома в отношении не только серьезных внутренних проблем, стоящих перед страной, но и во внешней политике.
Детально рассматривается план действий на Ближнем Востоке, предлагаются многочисленные варианты вывода войск Соединенных Штатов из Ирака и Афганистана, способы умиротворения Ирана с его непрекращающейся ядерной программой. На Россию в этих исследованиях, как правило, внимание нынче в США почти не обращают, зато Китаю посвящены десятки разного рода работ, из которых следует, что именно КНР будет главным соперником (а может быть, и открытым противником) Вашингтона на обозримую перспективу.
При этом двусторонние отношения между Пекином и Вашингтоном вроде бы развиваются без особых эксцессов и видимых разногласий (за исключением, может быть, судьбы Тайваня), но на самом деле практически все основные государственные учреждения, работающие в сфере внешней политики (госдепартамент, ЦРУ, Пентагон), а также многочисленные ассоциации и фонды твердят, словно заговоренные: КНР будет реально угрожать Соединенным Штатам и их интересам не только в Азии, но и во всем мире, и особенно этот процесс усилится, когда Китай к 2030 году может выйти на первое место в мире по основным экономическим показателям.
Экономика Китая растет, но разве от этого кому-то становится страшно?
Одним из ключевых посылов, которые постоянно рассматривают американские политологи в отношении Китая и его дальнейшего развития, является значительный экономический рост этой страны по сравнению с темпами экономического роста той же Европы или Соединенных Штатов. Даже при условии глобального финансового кризиса, вызванного проблемами ипотечного рынка США, экономика Китая все равно сохраняет высокие темпы роста примерно в 7% в год. Как считают американские экономисты, Китай на ближайшие 20-25 лет гарантированно может сохранять высокие темпы экономического роста (как минимум в 5-7% ежегодно), что к 2030 году неизбежно приведет к тому, что по объему ВВП КНР превзойдет Соединенные Штаты.
Главное, что при этом видится американцам, - это неизбежный рост влияния Китая на решение всех мировых проблем (и это при условии, что КНР не входит в «Большую восьмерку», да и в ведущих мировых финансовых организациях значение Пекина крайне невелико). Соответственно, непрерывный экономический рост Китая уже сегодня приводит к необходимости пересмотра всей структуры мировых экономических отношений, в том числе место в мировой экономике Японии, стран Евросоюза и самих Соединенных Штатов.
По оценкам американских экономистов, в Китае уже созданы все основные механизмы рыночной экономики, и в сочетании с определенным плановым «прессом» со стороны государства Китай может гораздо успешнее, чем страны Европы и Северной Америки решать многие важные экономические вопросы.
Отмечают в Вашингтоне и одну важную черту нынешней китайской внешней политики. В этом году в КНР начался новый и очень существенный этап экономических реформ. А с учетом того, что сравнительно недавно многие весьма пожилые партийные лидеры в Китае были заменены более молодыми и амбициозными кадрами, такая «новая политика» может проводиться Пекином гарантированно на протяжении следующих 10-15 лет при наличии одной и той же плеяды первых лиц в государстве.
В отличие от тех же Соединенных Штатов и стран Европы, в Китае государство продолжает играть весомую роль в определении стратегии и курса развития экономики, а правительство Китая по-прежнему является ключевым игроком как в развитии экономики внутри страны, так и за ее пределами.
«Китайцы постоянно идут вперед, в то время как Соединенные Штаты оглядываются назад и никак не могут определить, что же делать в условиях возникшего экономического и финансового кризиса - считает г-н Фостер, профессор Национального университета обороны в Вашингтоне. - При этом ежегодно растет не только китайский экспорт за границу, но и потребление внутри страны, что при огромном населении делает китайскую экономику очень гибкой и мало зависящей от внешних потрясений».
Все идут строем за Америкой, а Китай - сам по себе
Еще одна черта развития сегодняшней экономики Китая беспокоит Соединенные Штаты и руководство этой страны. Если все окружающие Америку государства очень сильно зависят от развития американской экономики, то Китай от этого кризиса почти не зависит. Достаточно Соединенным Штатам было «просесть» в плане ипотечного кредитования и проблемы с финансированием жилищного сектора, как сразу же, словно по команде, «напряглись» все ведущие финансовые системы стран Евросоюза, государств Юго-Восточной Азии и целого ряда других регионов.
А вот экономика Китая стала от этих проблем в экономике США еще более сильной и влиятельной (как минимум - в азиатских странах, а также в глобальном масштабе, особенно в том, что касается роста китайского экспорта на внешние рынки). Так, если американский доллар за последнее десятилетие упал примерно на 40 процентов, а евро - напротив вырос в цене на 40-45%, то китайская валюта юань заняла где-то промежуточное положение между ними, и существенно укрепила свои позиции как резервная валюта для некоторых азиатских государств.
Резко вырос и экспорт Соединенных Штатов в Китай. КНР является третьим торговым партнером США после Канады и Мексики, закупая в Соединенных Штатах товаров ежегодно на суммму в 65 миллиардов долларов. Однако вместе с тем сами Соединенные Штаты явно перебарщивают с влиянием китайской экономики на свой собственный рынок, считая, что китайские товары уже полностью якобы заполонили Америку.
Вот что говорят на этот счет скупые цифровые выкладки. На сегодняшний день весь ВВП Китая составляет в эквивалентных величинах примерно 3 триллиона долларов, в то время как ВВП Соединенных Штатов равен 14 триллионам долларов. Покупательная способность американской средней семьи как минимум в три раза превосходит аналогичные показатели средней китайской семьи, то есть вроде бы никаких особых причин волноваться по поводу того, что «китайцы идут на Америку», просто не существует.
Однако, как считают американские политологи, все эти цифры не дают реальной оценки военной и экономической мощи Китая, которой он весьма успешно пользуется в своей внешней политике. Так, согласно исследованиям Центра Карнеги в Вашингтоне, к 2050 году экономика Китая будет в два раза превосходить по объему ВВП Соединенных Штатов и полностью доминировать в Азии.
При этом уровень жизни среднестатистической китайской семьи к 2050 году выйдет примерно на нынешний уровень благосостояния американской семьи и будет составлять в тот момент примерно две трети от американского. Если такое действительно произойдет, то любые экономические или политические потрясения внутри самого Китая будут самым серьезным образом (еще сильнее, чем нынче американские) влиять на мировую экономику и ее развитие.
Китайскому капиталу, считают американские специалисты, будет чрезвычайно тесно внутри собственной страны, и экспансия китайских денег будет отмечаться во всех уголках нашей планеты, в том числе - и в самих Соединенных Штатах. В Вашингтоне даже уверены в том, что к 2050 году центры и штаб-квартиры многих международных организаций (особенно финансовых, таких, как Всемирный банк и Международный валютный фонд) могут переместиться в Пекин или Шанхай, а китайцы станут ведущими экономистами и даже первыми руководителями этих структур через 20-25 лет.
А если завтра война?
Особую тревогу у американцев вызывает рост военной мощи Китая, хотя, по всем реальным, а не мнимым подсчетам, совокупности военной мощи и показателей экономического роста этой страны, Китаю еще очень далеко и до Америки, и до некоторых других стран. Во-первых, до сих пор никто четко не может дать ответ на вопрос, насколько экономический рост Китая приводит к усилению роли и мощи китайской армии. А во-вторых, значительная часть военного бюджета КНР по-прежнему вне досягаемости исследователей и специалистов, и определить конкретные затраты на вооружение и технику, а также разработки новых технологий можно лишь опосредовано.
По данным американского конгресса, на данный момент военный бюджет Китая в восемь раз меньше бюджета Пентагона. По расходам на приобретение современной техники и вооружений соотношение между армиями США и Китая составляет 13 к 1, то есть даже через 20-25 лет вооруженные силы КНР не смогут даже приблизительно тягаться с армией Соединенных Штатов в военной и технологической мощи.
Но здесь опять-таки не все определяется имеющимися в наличии у специалистов цифрами. Так, у Соединенных Штатов по всему миру, в том числе в Азии, разбросано множество военных баз, которые дают им существенное преимущество перед любой другой страной, претендующей на глобальное влияние, в том числе - и перед Китаем. Имеют США и неоспоримое преимущество в использовании своих космических разработок в военных целях, что также делает вероятность военного влияния Китая в Азии крайне спорным.
Между тем в рамках азиатского континента Китай будет все сильнее продвигать идею «мощных вооруженных сил» для гарантии решения своих перспективных политических и экономических вопросов. Беспокоит американцев в этой связи тот факт, что вооружению китайской армии активно способствует Россия (которой в нынешних условиях, правда, особо не из кого выбирать для того, чтобы держать на плаву собственный военно-промышленный комплекс), и с учетом того, что в регионе остается до сих пор нерешенной проблема Тайваня, в Вашингтоне высказывают по поводу роста военной мощи Китая серьезное недовольство.
Китайская экономика процветает, а бедных в стране становится все больше
Говоря о рывке китайской экономики и ее растущем влиянии в мировом масштабе, американские экономисты все же весьма скептически оценивают возможность КНР с помощью этого очевидного прогресса решить свои насущные внутренние проблемы, в том числе - поднять значительно уровень жизни собственного населения.
К примеру, в самый успешный финансовый год (2005) доход на душу населения в КНР составлял менее 4 тысяч долларов, в то время как в США этот показатель составляет свыше 40 тысяч долларов. Хотя уровень жизни рядовых китайцев за последнее десятилетие значительно вырос, он все равно лишь чуть-чуть превосходит аналогичные показатели Индии и существенно уступает таким странам, как Мексика, Бразилия и Россия.
Значительно уровень жизни китайцев ниже, чем у их непосредственных географических соседей по региону - Японии, Гонконга, Тайваня, Сингапура, Южной Кореи. Примерно 200 миллионов китайцев, согласно американским источникам, живут сегодня у черты бедности (то есть на доллар в день на человека), что для Китая с его более, чем миллиардным населением вроде бы не так много, но если учесть, что это составляет две трети численности населения США - то подобная цифра кажется просто гигантской.
Быстрыми темпами растет и разрыв в доходах жителей Тихоокеанского побережья КНР и внутренних районов страны. Усиливается миграция людей из бедных сельских районов страны в относительно процветающие районы вдоль океанского побережья и территории свободных экономических зон. При этом китайское руководство должно внимательно следить за тем, чтобы не допустить социальных беспорядков и держать под контролем любые проявления недовольства сложившимися условиями социального неравенства в стране.
Также для Соединенных Штатов до сих пор не совсем понятна государственная система принятия решений в Китае. Если обратить внимание на целый ряд соседних с КНР стран, то они управляемы фактически одним человеком, от воли и решений которого зависит движение такой страны в ту или иную сторону. В случае Китая ситуация абсолютно другая: никто с точностью не может дать гарантий, что то или иное решение в Пекине зависит на сегодня от какого-то конкретного человека. А влиятельный партийный конгломерат из ведущих политических деятелей делает процесс принятия решений в КНР исключительно коллегиальным.
В целом же Соединенные Штаты готовятся к тому, что с ними за первенство в мире будет соревноваться именно Китай, а, соответственно, именно в отношении КНР Вашингтону нужно как можно скорее вырабатывать долгосрочную политику. К тому же если в США все политические расчеты обычно сводятся к четырехлетнему периоду нахождения у власти администрации президента страны, то в Китае планирование ведется стратегически - иногда на 40-50 лет вперед в независимости от того, кто на тот или иной момент управляет страной.
В этой связи уже сегодня в качестве основных направлений возможного укрепления сотрудничества с КНР, американские специалисты предлагают расширение двусторонней торговли за счет работы совместно на рынках третьих стран, укрепление политического диалога (пока он фактически идет лишь на уровне регулярных встреч между вице-премьером КНР и министром финансов Соединенных Штатов), расширение мер доверия между двумя странами особенно в отношении будущего Тайваня.
Между тем в Вашингтоне прекрасно осознают, что стратегические планы Китая и в отношениях с США, и в глобальном масштабе весьма амбициозны. Поэтому в независимости от того, какими будут в цифровых показателях экономики КНР и Соединенных Штатов к 2030 году, Америке гарантированно будет все труднее этим планам и расчетам Пекина противостоять.
Юрий СИГОВ
Текст www.dn.kz
Фото www.russian.cri.cn