В 1124 году грузинский царь Давид IV, потерявший царство (Грузия захвачена арабами и сельджуками), просит руки дочери кипчакского хана Артыка. Русские летописи называют его - Отрок, Отрак; грузинские - Атраха. Это о нем - летописная легенда, по которой Майков сложил свою знаменитую балладу «Емшан».
Браки
В 626 году Византия заключает с хазарами союз против арабов. В этот и последующие века (вплоть до XII) политическая жизнь Византии не мыслится без участия кочевых тюрков. В VII-VIII веках связи с хазарами расширяются и укрепляются. Византия впадает в определенную зависимость от сильной Хазарской державы, которая служит Византии прочным щитом от арабской экспансии.
Византийские императоры вступают в браки с хазарскими принцессами. Юстиниан II женат на дочери кагана, получившей в крещение имя Теодора. Тиберий II тоже женится на дочери кагана и возвращается из Хазарии в Константинополь в 708 году с хазарской дружиной. Женой Константина V (741-775) также была дочь кагана, в христианстве - Ирина. Ее сын, император Лев IV, известен в истории под именем Хазар.
В IX веке византийские императоры создают при дворе хазарскую гвардию. Многие из хазарских воинов возвысились и получали высокие чины в императорской армии и в администрации. Так Варданиос Туркос из Крыма был произведен в стратеги Анатолии. Жены императоров, вероятно, способсвовали возвышению своих соплеменников, состоящих на византийской службе.
...Традиция династийных браков тюрков идет издавна. Уйсуньский гуньмо, вассал Поднебесной, был женат на дочери императора (III век). Не каждый тюркский властитель удостаивался такой чести. В 630 году Сыби-хан, претендуя на большую власть, просит китайского императора выдать за него дочь. Возражая ему, последний ответил: «Дом тюкуский (тюркский - О. С.) теперь в смутных обстоятельстввах и кто будет царем еще не решено. К чему заботиться о браке? Пусть каждый управляет своим аймаком и не нападает друг на друга» (А. Бичурин). Судя по ответу, император не был заинтересован в возвышении Сыби-хана и объединении беспокойных соседей под одной рукой. Брак с дочерью императора давал бы Сыби-хану гарантию поддержки.
В Средней Азии в ту же эпоху тюркские ханы олицетворяют сильную сторону. И поэтому согдийские правители женятся на тюркских принцессах. В 618 году каган Гун-шеху подчиняет среднеазиатских вождей. Покорив их, он выдает за наиболее сильного самаркандского правителя свою дочь. Несколько, раньше таким же образом каган Датон (правил с 575 года по 603) «приручает» правителя Согда по имени Тайжени.
В этой формуле дипломатического брака (дочь сильного выдается за вассала) выразились пережитки идеологии матриархата: женщина считалась главой семьи, и дети от нее принадлежали по крови ее роду. Тюркская пословица «сыновья - дети матери» выражает ту же мысль. Сыновья ее наследовали престол в подчиненном народе. Династийные браки преследовали далеко идущие цели. Наследник престола - сын и воспитанник матери. В тюркском обществе женщина пользовалась широкими правами. Она активно участвовала в управлении племенем и государством.
...Ислам, пришедший в Среднюю Азию с арабами, нарушил формулу династийного брака. Ислам низводит .женщину до уровня рабыни. Жена - это одна из наложниц в гареме. Мусульманские правители не выдают своих дочерей замуж за неверных. Но сами охотно включают иноверок в свои гаремы, не придавая этому никакого политического значения. Жена - это добыча сильного. Дань поверженного. Исламизированные тюрки накладывают новую идеологию на старую, традиционную, не зачеркивая ее. Ханы-мусульмане женятся на дочерях слабых врагов, принимая на себя политические обязательства.
В XIV веке Трапезунд (владения Византии в Малой Азии) переживает время последнего кризиса. Это агония остатков великой державы. Единственно чем может гордиться Трапезунд - своими красавицами, славными на всем Востоке. Он откупается ими от возможных «насильников». Туркали-бей - глава туркменского государства ак-койнлу, опаснейшего соседа Трапезунда, в 1351 году женится на Марии, сестре молодого императора Алексея III Комнина. Вторая сестра, Феодора, была выдана в 1358 году за Хаджи-Омара, эмира провинции Хальбин. Одна дочь Алексея III вышла замуж за сына Хаджи-Омара Сулейман-бея, другая за эмира Эрзерума - Арсини, третья Евдокия за Таджи-Эддина эмира Лимнии, четвертая за внука Турали Кара-Юлука... Такой ценой продлевались дни Трапезунда.
...Но тюрки, не принявшие мусульманство, продолжают древнюю традицию династийного брака по формуле - дочь сильного выдается за слабого.
В 1124 году грузинский царь Давид IV, потерявший царство (Грузия захвачена арабами и сельджуками), просит руки дочери кипчакского хана Артыка. Русские летописи называют его - Отрок, Отрак; грузинские - Атраха. Это о нем - летописная легенда, по которой Майков сложил свою знаменитую балладу «Емшан». Настоящее имя дочери Артыка не сохранилось, грузинская летопись называет ее - Гурандохта. Скорее всего это искажение традиционного персидского определения тюркских принцесс - Турандохта - «Туранская девушка» или «дочь Турана».
Девушка, спасшая Грузию и Армению в XII веке, была родной сестрой Кончака. Неизвестно, что побудило Артыка выдать дочь за «царя без царства». Писатель К. Гамсахурдия в романе «Давид IV Строитель» полагает, что Артык польстился на деньги, стал наемником Давида. Но едва ли у Давида оставалось что-либо кроме титула и скорби по поруганной земле своей. Захватчики подвергли поголовной мусульманизации население Кутаиси и Тбилиси. Непокорных истребляли, наполняли христианской кровью бассейны и плавали в них.
Мусульманский геноцид поставил под угрозу само существование христианских культур и народов Кавказа. Нет, не жажда наживы побудила хана Артыка с 45 тысячами кипчакские .воинов выступить против 300-тысячного войска арабо-сельджукской коалиции в одно из утр 1125 года, на поле Дидгори, близ Тбилиси.
Кочевники и Русь. Торкины, торки
Схема отношений христианской Руси с кочевниками во многих частях повторяет византийскую: агглютинативная связь (военные союзы; тюркские дружины у отдельных правителей; тюркские колонии в русских городах). Отличие - Русь была раздроблена на удельные княжества, Византия - едина. Поэтому отдельные русские княжества находились по отношению к Полю как бы в вассальной зависимости. Об этом свидетельствуют и княжеские браки. Удельные князья женятся на принцессах Турандот, и, скрепив таким образом союз со степными владыками, расширяют свои земли в Руси.
Эти браки означали долгосрочный воинский союз. Род, выдавший девицу, обязан был относиться к князю как к родственнику, не нападал на его княжество, а при случае защищал. Те же самые обязательства принимал на себя и русский «зять». Теркины, т. е. родственники по женской линии, пользуются у тюрков особыми привилегиями и правами. Они считались ближе чем родственники по мужской линии. И эта традиция сохранилась до позднейших времен. По свидетельству Гродекова, казахи кочевали обществами одного рода, допуская в свои аулы из других родов лишь родственников по женской линии, т. е. торкинов или бедняков, нанимающихся в работники.
Народ, к которому принадлежит жена, по-тюркски - «торкин». Слово, вовлеченное в русскуую грамматическую эволюцию, переразложилось - торки, так называют летописи кочевое племя, самоназванием которого было - узы (ед. число «торкин», «торчин». Оккончание тюркского слова совпало с русским суффиксом ринадлежности - ин). Впервые торки упоминаются в «Повести временных лет», под 985 годом, когда Владимир Святославич со своим дядей Добрьшей пошел против волжских болгар. «А торки берегомъ приводе на конихъ». Здесь не говорится, что русские князья и их торки участвуют в совместных действиях впервые. Далее по летописи торки помогают отражать печенегов, потом половцев.
В конце XII века летопись упоминает «Торцького князя» Кунтувды (Кунтувды - буквально «Солнце взошло». Сравните имя половецкого хана - Куначук - буквально «Ясное соянце»), которого арестовал Святослав Bcеволодич (двоюродный брат князя Игоря) по ложному доносу. За него вступились другие русские князья, как за человека храброго и преданного Руси. Вступились и степные родственники, которые в отместку за обиду Куятувдыя совершают набег на киевское княжество. Кунтувдый переходит на службу к Рюрику, и тот дает ему город Дверень, по реке Рось, - «русской земли для».
Есть многочисленные доказательства тому, что кочевники прочно оседали на территории Киевского государства. Об этом ясно говорит и топонимика: Торчиново городище, село Торское - Харьковщина, урочище Торч, Торчин, река Торчанка (приток Уши), село Торчица на реке Торчице, село Торчевский степак, река Торча, Торчицкое взгорье (Киевщина), город Торчин на Волыни, село Торчицы - в Черной Руси, город Торчин, город Торков (в Подолии), в Галицкой земле - Торки (Пермыш. повет), Торки (Сокальский повет), Торчиновичи (Самборский повет), Город Торческ в Поросье в истории военных столкновении князей удельного периода играет роль центра, к которому тянулись другие торкские поселения. Торки жили не только в тех городах, которые сохраняют их имя в своих названиях. Они вероятно составляли значительный элемент в смешанном населении многих южнорусских городов и поселений.
Брачные свидетельства в языке
Характерно, что летопись не упоминает случаев женитьбы князей XI-XII веков на дочерях торков. Они уже «свои». Здесь возможно была обратная связь - русские княжны выходят за вассалов. Но, к. сожалению, хроники не уделяют внимания бракам вождей подчиненных тюрков. Зато появление в русских дворах XII века половецких «красных девок» часто отмечается. Союза с предводителями кипчакских племен, захватившими пространство южнорусских степей, после разгрома печенегов, князья добивались. Именно история XII века наиболее насыщена сведениями о династийных браках с Полем.
Без преувеличения можно сказать, что почти все влиятельные княжеские рода в Киевской Руси состояли в кровном родстве со Степью. Укажем родословную линию Ольговичей, героев «Слова». Олег, благодаря женитьбе на дочери Тугра-хана, стал князем черниговским. Сын от этого брака, Святослав, продолжает политику отца, и женившись на дочери Аепы, добивается титула «великий князь киевский». В жилах сыновей его Игоря и Всеволода течет добрая струя кипчакской крови. На ком они женаты, летописи не сообщают, но сын Игоря Владимир в плену справляет свадьбу с дочерью Кончака.
В. А. Пархоменко в статье «Следы половецкого эпоса в летописях» (1) отмечает: «Даже прославленный «добрый страдалец за Русскую землю» Владимир Мономах женил двоих своих сыновей - Юрия в 1107 году и Андрея в 1117 году на половчанках. Тут уж не приходится говорить о каком-то расовом или культурном антагонизме. Очевидно, высшие общественные классы и Руси и половцев имели кое-что общее, какими-то общими интересами друг к другу притягивались». Интересы эти, на мой взгляд, очевидны - политический союз, в котором заинтересованы русские князья. Брак с Полем означает мир и поддержку. В летописи под 1107 годом: «Иде Владимир и Давыд и Олег к Аепе и ко другому Аепе и створиша мир; и поя Владимир за Юргя Аепину дщерь, Осеневу внуку, а Олег поя за сына Аепину дщерь, Гиргеневу внуку, месяца генваря 12 день».
В XI-XII веках половцы воюют против отдельных княжеств, входивших в систему Киевской Руси, в качестве союзников, заступаясь за своих «сватов». Может быть, историки отнеслись бы к степнякам благосклонней, если бы Русь и ее союзники вели в этот период войны с внешними врагами. Но беда в том, что княжества спорили в подавляющем большинстве случаев только друг с другом и вовлекали в междоусобные распри своих степных родственников. Чтобы правильно понять эпоху «Слова», надо учесть следующее обстоятельство - Русь XI-XIII веков не вела ни религиозных, ни общенародных, ни расовых войн, только - феодальные.
Князь, как правило, - патриот только своей вотчины. Великий, славный, чтимый летописями и академиям» радетель Руси Владимир Мономах первый навел половцев на земли русские, чтобы завоевать Полоцкое княжество. Только один Мономах приводил их 19 раз, а все Ольговичи (включая деда и внука) -151.
...Биографические сведения в летописях весьма скудны: далеко не все браки русских князей «зарегистрированы». А из тех, что фиксировались, не все сохранены в процессе многочисленных позднейших переписок. Браки Х века вовсе не указаны. Как протекали отношения славян с кочевыми соседями во времена дохристианизации, нам по сути почти ничего неизвестно, кроме отдельных упоминаний византийских историков (союз с аварами против Византии) и факта ассимиляции булгар.
Остается один источник исторических сведений - язык. Наиболее объективный, беспристррастный документ прошедших эпох. Он лишен предвзятости летописцев. Он вне временных предрассудков; не подвластен идеологическим колебаниям. Самый точный источник. В русском, украинском, болгарском, сербохорватском бытует книжное слово «брак» - женитьба, супружество. В древнерусском «брак» - союз («Быть же брак велик»). Предлагаали (Траутман) производить от глагола «брать». Таким образом, «брак» должно было означать - взятие. Преображенский и Фасмер (авторы самых известных этимологических словарей русского языка) соглашаются, однако, с сомнением. Но такая этимология не объясняет оригинальности морфологического и семантического процесса.
Судя по тому, что термин не получает общеелавянского распространения и не стал простонародным в указанных языках, образован (или заимствован) он сравнительно недавно и скорее всего в южнославянских (по типу неполногласных врата, злато, вран, враг и т. п.) В восточнославянских он не успел преобразоваться в полногласную форму «борок». Такая метаморфоза произошла бы в случае, если слово получило общенародное распространение. (Так в русском языке почти каждому «болгаризму» соответствует древнерусский фонетический вариант. Злато - золото, врата - ворота, вран - ворон, славий - соловей и т. п.) До низов слово «бракк» не дошло, хотя появилось уже в старославянском.
Я предлагаю взять за исходную форму кипчакскую «бiрак» - союз (буквально «соединение, сочетание», от числительного 6ip - один). Так как чаще всего союз скреплялся женитьбой князя, слово приобрело новое конкретное значение. То, что термин не стал народным, свидетельствует в пользу этой версии. Только княжеские супружества назывались браком, ибо лишь они выражали идею объединения, политического союза. (В монгольском языке понятия «союз», «примирение» тождественны и выражается термином «эвлэх», происходящим от древнетюркского еблек - женитьба, от ебле - женись, букв. «обзаводись домом»).
Во времена общения с булгаро-аварскими племенами в южнославянские языки могло войти то же слово, но в форме булгарской - пiрак - соединение (пipaгy - соединить). Оно стало общенародным, ибо выражало не политическое понятие, и конкретизировалось в терминах ремесла. Благодаря тесному народному общению славян с дружественными тюрками, заимствованное слово сохраняет оригинальные фонетические черты - мягкость гласных. Чего не произошло в случае предыдущем. Даже колебание к/г в тюркских образцах отражается в славянских дублях. (В тюркских «к» перед любым гласным превращается в «г»). В славянских эти согласные палатализуются только под влиянием мягких гласных: к/ч.
Лексема эта пришлась славянам весьма кстати. От нее образовано целое гнездо слов, объединенных смыслом - соединить. Сравните: пряжа, пряжка, упряжь, спряжение, прясть, пряду, прясло, напряг, запряг (но - запрячь, напрячь). Чередования я/у в данном случае я объясню возможной метатезой - пipaгy - пipyгa. Сравните: 1) сопруга, сопруг (гласный приставки ассимилируется ударным, корневым гласным - супруга, супруг); 2) подпруга; 3) упруг, пружина.
В церковнославянском деформируется не только форма, но и смысл. Книжники взяв из народного словаря термин «распряг», т. е. разъединил, придают ему политическую окраску, и выделяют ложное существительное - распря - разъединение, разделение. Нее очень точно определив смысл приставки рас (раз), они вычленяют новое слово «пря» в значении «ссора» (масштабно ослабленная распря). Но именно приставка придавала негативный, обратный смысл корню пряг, пря. Калькой «распряг» можно считать русское новообразование - «разъединил», где «единил» занимает мместо «пряг».
Славяне встречались со многими тюркскими племенами, и поэтому часты заимствования, сохраняющие диалектные особенности тюркских языков. Числительное «один» представлено в современных тюркских такими формами: пир (шорское), пip (хакасско-тувинское), пер, перре (чувашское), бир (азербайджанское, кумыкское, туркменское, алтайское), 6ip (ногайское, каракалпакское, киргизское, узбекское, казахское, уйгурское, турецкое), бер (татарское, башкирское), биир (якутское).
В языке орхоно-енисейских надписей (VIII век) - 6ip. Праславянской «прягу» предшествоовала скорее всего - пipaгy, где i - ослабленный мягкий полугласный звук, который может в славянской передаче редуцироваться или просто влиять на качество предшествующего согласного. В слове бьраты - единять (собьрати, собирати - соединять. Сравните: разбирать - разъъединять) участвует скорее всего форма - «6ip». Корень полногласный - бир появился в славянской литературе позднее.
Форма «пер», уцелевшая только в чувашском (она и повлияла на татарский и башкирский, превратив из «6ip» - в «бер»), отразилась в славянских вариантах порядкового числительного «первь», «перший». В местоимениях - «перед», «предь», «прежде». В приставках - пре-; пере-; при-. (Давно лингвисты обратили внимание на супплетивность форм количественного и порядкового числительных «один» и «первый» в индоевропейских языках. Эта черта констатирована, но не объяснена. Ибо истолкованию не поддается и не поддастся, если и дальше не будут учитываться данные тюркских языков для выяснения некоторых «темных» страниц биографий индоевропейских языков).
В тюркских языках имеются три вида числительных: количественное, порядковое, избирательное. Например, казахские: 6ip - один, 6ipiншi - первый, 6ipey - один из многих (в русской транскрипции - брев). Славяне ныне знают лишь два вида: количественное и порядковое. Из каких моделей они могли исходить, чтобы получить «первь» и «перший»? Мне кажется из булгаризмов - «пepiв» - один из многих и «перiншi - первый.
При определении направления, в котором шло заимствование, я придерживаюсь морфологического принципа. Если анализ сходных лексем, взятых из разных языков показывает, что этимологии (прежде всего - грамматической схематизации) поддаетсся одна из них, то ее и следует признать первичной. Например, славянское перший не этимологизируется средствами славянских языков. Тюркское перший - легко разлагается на корень пер - один, и суффикс порядкового числительного - iншi, восходящий к пратюркскому - iнтi. Выпадение согласного «н» объяснняется фонетическим законом («падение носовых»), действие которого на раннем этапе испытали все славянские языки. Таким образом, я прихожу к выводу о первичности тюркской лексемы по отношению к славянской.
Связь тюркских числительных с индоевропейскими - тема обширная и многозначная. Она даввно должна была бы стать объектом специальных лингвистических (палеографических) исследований, результаты коих могут оказаться неожиданными для историков. Моя задача значительно уже - обосновать возможность проникновения в славянские языки тюркских лексем, связанных с идеей объединения. В «1001 слове» выделены в самостоятельное семантическое гнездо все тюркизмы, несущие значение совокупности, связи, умножения. В эту группу включено и слово «брак».
Браки временно усиливали удельных князей, и это объективно ускоряло процесс объединения Руси. Форма вассальных союзов со степью, еще продуктивная в начале XII века, за столетие обнаружила свою историческую непригодность. Русь крепла и все чаще наносила удары по Полю. Родственные коммуникации настолько усложнились к тому времени, что браки со степью утрачивали главный смысл. Почти все княжеские роды имели в степи влиятельных свойственников.
Туграхан выдает всех своих дочерей за русских князей. Всех зятьев он по брачному договору обязан поддерживать в их удельных устремлениях. Но даже женитьба на сестрах не примирила их. Они продолжают враждовать. Тесть оказывается в ложном положении. Принимая сторону одного зятя, он вынужден стать врагом другого. Так и получилось. Великий Туграхан, защитивший византийскую империю от нашествия печенегов, гибнет в мелком сражении от стрел воинов своего зятя Святополка.
Эта смерть символична. Она знаменует собой крах идеи династийного брака со степью в условиях Руси начала XII века. Все меньше князей ездят в степь за невестами. И постепенно забывается первое значение термина брак - «женитьба князя на дочери хана с целью установления тесных политических отношений».
Уже любая свадьба (правда, пока еще только в высшем боярском сословии) называется браком. И остается в конце концов упрощенный смысл - «вступление в супружество». Вынужденная женитьба сына Игоря на Кончаковне - пожалуй, одно из последних звеньев в цепи династийных союзов с Полем, идущей из веков дохристианской Руси. Эпоха ига степных невест завершалась.
Примечания:
1. Проблемы источниковеденья. М.-Л., 1940, т. III, стр.391.
2. Соловьев С. М. История России. М., 1960, т. I, стр. 347 и 379.
Олжас Сулейменов
Фрагменты из книги «АЗиЯ»
Текст www.geocities.com
Рисунок www.liveinternet.ru
Картина «Кащей Бессмертный», автор Виктор Васнецов