Начало ХХI века. Казахстан. Налицо раздрай во мнениях. Кто-то страстно ностальгирует по СССР, вспоминая ХХIV съезд КПСС и строительство БАМа. Кто-то винит в гибели миллионов своих сограждан тоталитарную систему, утверждая, что существование в той стране было сродни тюремному заключению. В то время как некоторые и вовсе прибегают к сослагательному наклонению, полагая, что жизнь в России была бы замечательной, если бы не Октябрьская революция 1917 года. Так что же все-таки лучше - колониальная зависимость или независимость? Спор все еще не закончен.
И здесь я бы хотел предложить вниманию своих читателей дневниковые заметки Отемиса Батырбаева, обозревателя казахской газеты, в самом начале другого, ХХ века, в качестве журналиста принимавшего непосредственное участие в работе мусульманской фракции Государственной думы Российской империи. Являющиеся наглядной иллюстрацией проводимой политики царского самодержавия по отношению к малым народам России. Подборка материалов Бейбита Койшибая, нашедшего и опубликовавшего эти дневниковые записи в газете «Дала мен Кала» (№ 37 (264) от 11 сентября 2008 года), озаглавлена:
Народный договор
Внимательно выслушав Столыпина, выступившего с докладом с думской трибуны, мы пришли к выводу, что для правительства, возглавляемого им, национальный вопрос не стоит в ряду приоритетов. Тогда как для нашей мусульманской фракции, после начала русской революции (1905 года), главной задачей является возврат духовных ценностей. Но власть с нами не считается. Она даже нас не принимает во внимание.
Депутаты-мусульмане приняли единую согласованную позицию по вчерашнему нашумевшему вопросу о школьном образовании. Они настаивают, чтобы на территориях, населенных по преимуществу мусульманским населением, в школах начальное образование преподавалось на родном языке. Чтобы это были государственные школы. Мы боимся, если наши дети будут обучаться с самого раннего возраста русскому языку, то они в конечном итоге забудут свой родной язык. По этому вопросу, кроме русских, все остальные депутаты заняли единую позицию.
И вот теперь мы знаем мнение правительства. Вчера все стало окончательно ясно. Дебаты были яростными, вплоть до того, что поддерживающие правительство представители «черной сотни» в Государственной думе предложили нам убираться в Турцию, если мы себя считаем тюрками. О происшедшем скандале написали и мы в своей газете, и другие издания. Люди на местах быстро получили информацию о случившемся.
* * *
В один из последующих дней наш главный редактор Рашид-кази просматривал приходящую почту. Мы сидели у него в кабинете. И вдруг он поднял высоко над головой одно письмо и попросил его выслушать. Он зачитал нам его с нескрываемой радостью. Оказывается, как только скандал в Думе стал достоянием гласности, молодой акын Габдолла Токай сочинил песню «Не уберемся». Получилось просто превосходно. В своей песне на поэтическом языке он обращается к черносотенцам и пуришкевичам со словами: «Если вам так нравится в Турции, езжайте туда сами. А мы родились, выросли и, дай Бог, умрем на собственной земле. К нашей родной земле, колонизируемой Россией, мы привязаны корнями».
Мы сидели в кабинете главного редактора и внимательно слушали. А вскоре черносотенцы, сделавшие всех нас сиротами на собственной земле, получили отповедь в газете устами молодого поэта. Хотя это их вряд ли проняло. Мы понимали, что черносотенцы и пуришкевичи не успокоятся и продолжат гнуть свою линию в Государственной думе. Однако эффект был в другом. Эта песня еще больше сплотила нас, представителей тюркских народов. Она нас воодушевила, придав новые силы для борьбы.
Примером ревностного отношения к своему долгу перед народом нам в это время служили наши старшие братья Рашид-кази, Ильяс-эфенди, Салимгерей-султан. Их образ мысли, ораторское искусство, их способность принимать быстрые решения вызывали наше подлинное восхищение.
Следующее наше обращение было с требованием на национальных окраинах империи, с преобладающим тюркским населением, в государственных органах и судах вести делопроизводство на родном языке. Мы также настаиваем на том, чтобы не вводить повсеместно государственные суды. Полагая, что в каких-то случаях можно было бы сохранить суды народных биев, избираемых на местах из наиболее авторитетных людей.
Пока о какой-либо реакции на это обращение информации нет. Хотя и особо обольщаться не стоит. Совершенно очевидно, что фракционеры, трудовики и кадеты в данном вопросе займут единую, согласованную позицию. Хотя и существует небольшое подозрение, что с согласованностью этих партийных групп не все обстоит столь уж гладко. Особо наглядно это проявилось при обсуждении аграрного вопроса. Когда кадеты выступили с предложением выкупать помещичью землю по справедливой цене, им возразили трудовики и фракционеры. Были даже устроены небольшие прения по этому поводу.
А мы пока больше всего ждем слушаний по скандальному вопросу о национальных школах, которые должны состояться завтра.
* * *
Вызвавший немалый шум в Государственной думе проект закона о национальных школах был вынесен тюрками-мусульманами на обсуждение. Теперь предстоит жесточайшая борьба, чтобы провести его через процедуру голосования. Вначале пройдет рассмотрение в законодательной комиссии. Работы еще много.
Наш друг Слава в этом вопросе нас безоговорочно поддерживает. В то же время можно видеть, как Славу откровенно огорчают нападки со стороны черносотенцев на депутатов-мусульман. Накануне обсуждения аграрного вопроса он прямо сказал Жасаю:
– Я полагаю, что определенные силы назавтра сделают все возможное, чтобы не дать трибуну депутатам-мусульманам. На что Жасай спросил:
– Не хочешь ли ты сказать, что депутаты Махмудов, Хасанов и Максудов уже порядком допекли эти самые «определенные силы»?
– Да, так оно и есть, – ответил Слава. – Они сегодня со своими внутренними проблемами разобраться не могут. И теперь говорят: нам еще не хватало, чтобы мусульмане головы поднимали. И здесь же Слава нам дал расшифровку, что, собственно, подразумевается под фразой «мусульмане подняли головы». По его сведениям, полученным из самых достоверных источников, черносотенцев особенно возмущает деятельность одного нашего депутата:
– Этот киргиз, – негодуют они, – каждый раз ставит вопрос о земле. Не пропускает ни одного совещания с участием правительства, забрасывая кабинет министров своими депутатскими запросами.
– Да. Я знаю, о каком киргизе идет речь, – обращаясь к нам, сказал Жасай, – это наш султан Каратаев. На него кадеты за его программу о земле и воде еще с прошлого года зубы точат. И понятно, что постановка земельного вопроса Каратаевым, его справедливое требование вернуть отобранную царским правительством у казахов землю, никак не может устроить черносотенцев. Но мы надеемся, что он получит слово для выступления. Среди представителей мусульманской фракции найдется немало его сторонников. На что Слава только покачал головой:
– Вы не знаете всей подоплеки этого дела. В среде кадетов ходят про вас нехорошие разговоры, мол, этих прямых потомков Чингисхана надо бы по-хорошему всех истребить. Как это сделали американцы со своими индейцами. А не пускать в Государственную думу России. И это сказал один из видных функционеров кадетской партии. Такой, по его словам, должна быть будущая политика России по отношению к диким кочевникам. На что Жасай жестко ответил:
– Ты говоришь, Слава, отлавливать, как зверей и отстреливать? Так они и так давно этим занимаются, друг мой. Не будь таким наивным. И я только надеюсь, что с этим беспределом нам поможет покончить Государственная дума. Но это смогут сделать, если говорить по правде, не мы, мусульманская фракция, а российские социал-демократы.
На этом наш разговор оборвался. Я лишний раз смог убедиться, что мой старший товарищ Жасай не равнодушен к социал-демократам. У меня до сих пор стоят в ушах его слова, произведшие немалый переполох среди представителей местной власти, произнесенные им на Кояндинской ярмарке, во время вручения петиции государю. Они перекликаются во многом с выступлениями социал-демократов в Думе. Похоже, вовсе не случайно и Слава, и я часто его видим в одной компании с левыми депутатами Джапаридзе и Церетели.
* * *
Признаюсь, мне запали глубоко в душу слова, услышанные от кого–то Славой, о том, что казахи являются прямыми потомками Чингисхана. И вот как-то об этом зашел разговор среди наших товарищей. К разгоряченному Жасаю подключился обычно всегда выдержанный Мухаметжан. Слава и я слушали их с все возрастающим изумлением. Мы узнавали много новых вещей. Если верить Мухаметжану и Жасаю, именно наши предки заложили фундамент нынешней Российской империи.
– Потомки Чингисхана, – говорил Мухаметжан, – дошли до берегов Балтики. Они создали Великий Улус, названный ими Золотой Ордой. Они объединили проживающие здесь народы, в том числе и русских, в единое государство, на долгие годы обеспечив им защиту от внешних вторжений. Но при этом наши предки не вмешивались в экономику этих народов, создавали предпосылки для духовного их развития. Достаточно сказать, что при внуке Чингисхана Батые русская православная церковь была полностью освобождена от налогов. Единственное, что требовалось от народов Золотой Орды, – это признавать легитимность ее правителей и выплачивать необременительный оброк на содержание государственного аппарата. Особо отмечу, что к тому времени русские князья и ханы Золотой Орды были в тесных родственных отношениях.
Ведь согласимся, если б наши предки хотели держать русских в рабстве, как пишут об этом некоторые русские историки, то они не выдавали бы замуж за них своих дочерей. И в этом месте Мухаметжан переключился на рассказ об Александре Невском, названном сыне Батыя, о родословной Ивана Грозного, Бориса Годунова. Пока не вернулся к тому, с чего начал. По его словам, выходило, что окрепшие в составе Золотой Орды московские князья смогли со временем переподчинить ее народы под собственное начало. Так возникла нынешняя Российская империя, перенявшая от наших предков опыт государственного управления. Правда, политика ее по отношению к покоренным народам была уже совершенно иной, – закончил свою речь Мухаметжан.
– Так выходит, – подхватил его слова Жасай, – черносотенцы ничего не знают о своей собственной истории. Их тогда можно назвать огромным несчастьем империи.
На что ему возразил уже Слава:
– Да нет, не скажи. Правительство империи так не считает. Именно на «черную сотню» оно сегодня делает свою основную ставку, поощряя массовые еврейские погромы и разгоны рабочих демонстраций.
– Да. Тут было отчего задуматься – в какой же мы стране живем?
Серик МАЛЕЕВ
Текст www.megapolis.kz
Фото С.М.Прокудина-Горского (примерно 1910 г.) – Назар Магомет (Голодная степь).