Еще только увидев эту карточку в библиотечном каталоге, я понял, что мне предстоит маленькое открытие. Карточка гласила: «Курорты Казахстана. Справочник-путеводитель. Алма-Ата - Москва, 1933».
Скажу сразу, карточка меня не обманула, и книга действительно содержала ценную информацию, раскрывающую эпоху "Великого джута" (Ашаршылык) совершенно с другой стороны. Вот она, эта книга, передо мной. Обычное для начала 1930-х годов издание на скверной серо-коричневой бумаге, грязноватым шрифтом, к тому же с неровными обрезами страниц и несрезанным кое-где фальцем листов. Правда, обложка явно делалась на заказ художником-оформителем, хотя и она была напечатана очень тусклыми красками.
Обычно авторы, пищущие об эпохе голода в Казахстане в 1932 году, заостряют свое внимание на трагических событиях. Это полностью понятно, поскольку они мало кого могут оставить равнодушными. Однако при этом складывается впечатление, что весь Казахстан тогда был охвачен бедствием и не было ничего, кроме этого. Книга "Курорты Казахстана" показала, что это далеко не так. Были в то время люди в Казахстане, совершенно не знавшие голода.
Что же это за справочник-путеводитель? В 1932 году Казакский курортный трест, организованный 1 апреля 1931 года, объединявший тогда 13 курортов различного профиля, принимает решение о выпуске справочника-путеводителя. В предисловии сказано: "Эта книга является первой попыткой дать сравнительно полное описание курортных ресурсов Казахстана" (с. 3).
Книга состоит из описания курортов, их специфики и особенностей. Указаны климатические условия, медицинские противопоказания, рассказывается о том, как добраться до курортов. В конце книги приложены сведения о том, как заказываются путевки, а также правила нахождения на лечении. В этом смысле книга является уникальным источником, который отобразил самые первые шаги развития курортного дела в Казахстане, и тогдашнее состояние курортных ресурсов.
Оставим пока в стороне тему голода, и посмотрим, какие курорты в этом справочнике упомянуты (с. 13):
климатические - Чимган, Алма-Арасан,
климато-кумысные - Каменское плато, Бер-Чокур, Ак-Куль, Шунгай, Аул,
грязевые - Яны-Курган, Сор, Ак-Куль, Аральские грязелечебницы,
тепловодные - Алма-Арасан, Рахмановские ключи, Барлык-Арасан, Арасан-Копал.
В книге дан довольно подробный обзор известных в тот момент минеральных источников Тянь-Шаня и Заилийского Алатау, как использующихся в курортах, так и перспективных.
Самым крупным курортом был горнолыжный и климатический курорт Чимган в ущелье реки Чимганки на высоте 1370 метров. Он вмещал одновременно 750 человек, и в 1931 году принял 2257 человек (с.49).
На втором месте был курорт Аул, в 4 км от одноименной станции. Вместительность этого курорта составляла 500 человек, и его специализацией было лечение разных форм туберкулеза. Тогда большое место в лечении туберкулезных больных играл кумыс, и на курорте было свое хозяйство, а также стояли юрты для кумысолечения (с. 59).
Третьим по масштабам был курорт Боровое, который был создан в 1929 году, и на начало 1933 года мог принять 365 человек. Комплекс постоянно развивался, в 1931 году были построены четыре новых корпуса, в 1932 году был открыт зимний курорт, а по планам к 1934 году трест намеревался довести вместительность курорта до 1000 человек (с. 47).
Самым старым курортом был Бер-Чокур, основанный в 1910 году, восстановленный в 1924 году, и также специализировавшийся на лечении туберкулеза (с. 83).
В Казахстане было две крупные грязелечебницы: Яны-Курган (170 мест) в 170 км от Кзыл-Орды, и Сор (200 мест) в 10 км от Семипалатинска, и курорт Муялды (125 человек) на берегу одноименного озера в долине Иртыша (с. 116,121, 128).
Тепловодные курорты были небольшими. Алма-Арасан, открытый в 1931 году, вмещал всего 100 человек. В момент составления справочника, там строился новый корпус. Рахмановские ключи в предгорьях Алтая, также вмещали 100 человек, самым маленьким водным курортом был Барлык-Арасан, вмещавший до 60 человек (с. 87, 98, 102).
Читая этот справочник-путеводитель, так и представляется картина солнечного Казахстана, где люди ездят на курорты и отдыхают на прекрасном горном курорте Чимган. Однако, если вспомнить, на фоне каких событий вышла эта книга, то картина получается совсем иной. Очень даже неприглядной.
В 1931 году в Казахстане, в результате коллективизации и насильного оседания казахов, произошли очень серьезные события. Произошло около 300 восстаний, в которых приняло около 80 тысяч человек, в том числе крупное Адаевское восстание на Усть-Юрте и Мангышлаке, подавленное войсками ОГПУ. Кочевники бежали из Казахстана во все стороны от непосильных налогов, конфискаций и неотвратимо наступающей нищеты. Общее количество откочевавших составило в 1931 году около 1 млн. человек. В декабре 1931 года начался голод, который уже в начале 1932 года начал косить сотни человек. Уже летом 1932 года начались массовые смерти, убийства, людоедство, толпы людей брели из аулов в города, пытаясь спастись от гибели. Уже осенью по Казахстану остались пустые городки из юрт, население которых вымерло.
И вот на фоне этих событий Казакский курортный трест принимает решение выпустить справочник-путеводитель по курортам Казахстана. Курорты активно строились и расширялись даже в самый пик голода, как курорт Боровое.
Лично я не против развития курортов, однако в справочнике-путеводителе не было ни одного намека на то, что курорты оказывают хоть какую-то помощь голодающим. В справочнике была информация о посещении курортов, поскольку некоторые были закрыты на реконструкцию. Мы видели, что вместимость курортов была небольшой, и если бы они хотя бы немного помогали голодающим, то их профильная работа была бы полностью парализована, и ни о каком справочнике-путеводителе тогда бы и речи не было.
Сам факт выхода этого справочника свидетельствует о том, что даже в пик голода курорты Казахстана не прекращали своей основной работы, и принимали посетителей.
Вот это и является тем самым небольшим открытием. В Казахстане в пору голода был слой людей, очень немногочисленный, которые не только не голодали, но и даже выезжали полечиться и отдохнуть на курорты. Конечно, это были совсем не рядовые колхозники и рабочие, которые в то время сотнями тысяч умирали от голода. Скорее всего, это были представители самого разнообразного руководства: партийного и советского, в том числе и те люди, которые довели Казахстан до губительного голода.
Разумеется, все жители Казахстана в то время так или иначе знали о том, что происходит, даже если не из правительственных сообщений и сводок, а из увиденного воочию и через многочисленные слухи. Чтобы в такое время поехать на курорт подлечиться, надо было быть совершенно бесчувственным к гибели людей, воспринимать их как чужаков или врагов. Между массами колхозников из аулов и курортниками была огромная, колоссальная и совершенно непреодолимая социальная пропасть.
Эта реклама курортов во время губительного голода, возможно, проливает свет на то, почему голодающим в Казахстане не было оказано никакой существенной помощи. Даже при циничном отношении к людям, как к рабсиле, экстренное подавление голода и широкая помощь голодающим были остро необходимы. В СССР, как и в Казахстане, шло завершение первой пятилетки, велось строительство многочисленных промышленных объектов и целых городов. На Казахстан возлагались большие надежды, как на одного из поставщиков зерна, мяса и шерсти. Огромный ущерб сельскому хозяйству Казахстана, который на десятилетия отбросил республику с позиций крупнейшего животноводческого района СССР, был очень невыгоден крайкому партии и лично Филиппу Голощекину. Он должен был при первых же признаках голода принять решительные меры для подавления голода, в общем, сравнительно несложные, как показал опыт последующего первого секретаря крайкома КПБ (К) Левона Мирзояна.
Причину столь странного поведения крайкомовского руководства под началом Голощекина, видно, нужно искать в отношении этого руководства к народу, в первую очередь к казахам. Руководство, очевидно, не считало остальное население Казахстана полноценными людьми, относилось к ним, как к врагам, и было готово допустить гибель почти половины населения республики. Руководство лишь требовало, невзирая ни на что, зерна, мяса и налогов, а само в наиболее тяжелый момент голода продолжало ездить отдыхать и лечиться в горы и на воды.
Это были истинные враги народа, истреблявшие людей всеми способами. Курорты голодного времени это показывают и подчеркивают.
Дмитрий Верхотуров
Текст www.neonomad.kz