Горный экстрим - пожалуй, самое перспективное направление в казахстанском туристическом бизнесе. Снежные вершины и зеленые горные гряды всегда были нашей главной достопримечательностью. Правда, туристам-любителям до определенного момента доступ к ледникам был закрыт. И чтобы полюбоваться, скажем, на вершину пика Хан-Тенгри лет эдак 20 назад, нужно было стать профессиональным альпинистом. Сейчас это удовольствие доступно каждому – и мы с группой иностранных туристов не замедлили этим воспользоваться.
Посторонним вход воспрещен
Добраться до Хан-Тенгри оказалось не так просто. И дело не только в том, что для этого нужно пересекать границу с Кыргызстаном. Первый сюрприз ждал нас в районе Жаркента, на подъезде к Илийскому мосту. Оказалось, что единственную переправу, через которую мы могли доехать к киргизской границе от первого пункта назначения – национального парка «Алтын Эмель», – закрыли на реставрацию.
Так что пришлось сделать «небольшой» зигзаг в 350 километров – вернуться к Алматы и уже оттуда направиться в сторону городка Кеген. Стало ясно, что к ужину в базовый лагерь мы точно не успеваем. Казахстанскую границу мы пересекли еще засветло без какихлибо проблем. Киргизские пограничники тоже не стали чинить нам особых препятствий. Но вот пропускной пункт, который закрывает доступ к так называемой пограничной территории, оказался для нас абсолютным сюрпризом.
Одинокий солдат возле шлагбаума даже не подходил к будке – а точнее, к тому, что от нее осталось. От дождя, который к тому времени лил как из ведра, там укрыться все равно было бы невозможно. За спиной киргизского часового – остатки бывшего цементного завода. А если пройти метров 200 вглубь от обочины по едва протоптанной тропинке, то можно дойти до «головного» офиса, где сидит таинственный полковник. Именно он, по словам солдат, должен дать нам разрешение на въезд.
«Высшего разрешения» мы так и не получили, как, впрочем, и аудиенции с полковником, который был якобы не в настроении с нами разговаривать. После нескольких безуспешных попыток прорваться к «офису» – то есть небольшому домику, который выдавал свое охранное предназначение только развевающимся на шесте киргизским флагом, нам пришлось капитулировать и продолжать разговоры с пограничниками в темноте и под открытым небом. Учитывая, что переговоры продлились целый час, померзнуть и промокнуть в летней одежде мы успели изрядно.
Солдаты то и дело просили нас подождать, бегали к таинственному полковнику и минут через десять возвращались с неизменным ответом: «Выход один – возвращайтесь назад в Алматы, мы сделать ничего не можем». Предложение небольшой мзды они достойно отвергали – мол, что вы, дело не в деньгах, не толкайте нас на преступление. И только через час выяснилось, что речь шла всего лишь об увеличении «тарифа». Так бы сразу и сказали…
Как выяснилось, согласно официальным документам, для того чтобы попасть в базовый лагерь Хан-Тенгри, действительно нужно дополнительное разрешение киргизской стороны в виде какихто списков. Впрочем, будут ли его у вас требовать, зависит от настроения пограничников. Видимо, мы просто выбрали неудачный день. К слову, если вы предпочитаете не встречаться с пограничниками, то можно поехать и по казахстанской дороге. Только без внедорожника там не обойтись, особенно в период дождей. Так что приходится выбирать между безопасностью физической и моральной.
После бури рай и в шалаше
Базовый лагерь «Каркара», который находится на высоте 2200 метров над уровнем моря, после всех приключений встретил нас непривычно радушно и по-домашнему. Было уже почти десять часов вечера, и нам сразу же предложили чай и пропущенный ужин. Директор лагеря Хан-Тенгри Казбек Валиев, сам бывший альпинист, который в 1982 году покорил Эверест в одной связке с Валерием Хрищатым, по возможности лично приветствует всех гостей. Он предупредил, что настраиваться на долгий утренний сон не стоит – на восемь утра запланирована вертолетная экскурсия к ледникам.
Спальные места – двух- и четырехместные палатки с матрасами солидной толщины – показались в походных условиях чемто вроде номера люкс. Кстати, за вполне умеренную цену – 5 тысяч тенге с человека, включая трехразовое питание. Утром опять накрапывал дождь, и рано вставать совсем не хотелось. Мы уже было решили, что погоду объявят нелетной, и можно не торопиться. Но Казбек эти иллюзии развеял – ответ из верхнего лагеря был положительный. Но, признаюсь честно, загружаться в вертолет под серым небом и каплями дождя было, мягко говоря, не очень уютно…
Подавляющее большинство наших спутников явно планировали остаться в верхнем лагере. Мы же решили обойтись обзорной экскурсией – то есть подняться вверх и вернуться тем же рейсом. Кстати, если ктото и хотел вернуться с небес на следующий день, то им бы это не удалось – вскоре небо и наверху затянуло тучами.
Над ледяными рукавами
Маршрут, который проделывает каждый чартерный вертолетный рейс, проходит над двумя ледниками – Северный и Южный Иныльчек. При ближайшем рассмотрении оказывается, что вечные льды покрыты серо-бурыми наносами, а лед прорезают глубокие трещины. Кое-где вода накапливается в моренные озера. Вот в этом месте Северный и Южный рукава ледника встречаются, и их заворачивает с такой силой, что образуется озеро, – рассказывает Казбек, когда мы пролетаем над озером Мерцбахера.
Само озеро увидеть нельзя – оно находится подо льдом, и сверху кажется, что в толще ледника просто образовались отдельные лужицы. На самом же деле площадь озера – 3500 на 2200 метров, а глубина – 40 метров. Его еще называют пульсирующим озером, потому что в конце лета оно переполняется водой и продавливает ледяную плотину, а селевой поток направляется к началу реки Иныльчек.
Сейчас же, в конце июля, самым шумным объектом на ледниках оказался наш вертолет. На обеих остановках – на базовом лагере Северного, а затем Южного Иныльчека – мы останавливались буквально на пять-десять минут. За это время те, кто приехал на ледник, успевали выгрузить многочисленный багаж. От первой остановки до второй мы летели налегке, и это было заметно по тому, насколько быстрее передвигался наш воздушный транспорт.
Во втором верхнем лагере вертолет опять загрузили по полной программе – после трех ночевок на леднике вниз спускалась большая группа немецких туристов. Кстати, все они – люди в возрасте, и, глядя на их довольные лица, мы подумали: если уж им удалось провести столько времени среди ледников и камней, то и мы вполне могли бы прогуляться по ледовым просторам.
Хотя, честно говоря, когда мы пролетали над ледником Иныльчек, казалось невозможным, что ктото может пробираться по этим долинам даже со снаряжением. Неровная поверхность, коегде прорезанная трещинами, лично мне почему-то не внушила уверенности в своих силах. Особенно после мини-экскурса Казбека, который сообщил, что в некоторых местах глубина льда достигает 350 метров.
Однако ощущение, которое испытываешь наверху, несравнимо ни с чем. К сожалению, саму вершину Хан-Тенгри нам увидеть не удалось – ее затянуло облаками. Тем не менее после знакомства с ледниками обратно лететь на вертолете уже не было страшно и наконецто можно было насладиться пейзажем в полной мере. Успокаивала и невозмутимость пилотов – дверь в кабину всегда была открыта, и туда могли заглядывать все желающие. Очередная мягкая посадка – на этот раз в нижнем базовом лагере – вызвала бурю аплодисментов. А мелкие капельки дождя опять заструились по стеклу сверху вниз, а не слева направо.
Ловись, рыбка
И всетаки ледники – это для любителей экстрима и суровых природных условий. Лично мне больше всего понравилась нетронутая природа вокруг базового лагеря. Чтобы проехать к речке, на экопосту пришлось опять заплатить за въезд 500 сомов с машины, что в переводе на наши деньги чтото около 2000 тенге. Но удовольствие прогуляться вдоль горной речки, чистой до голубизны, этого стоило. Некоторые из наших спутников устроили рыбалку – правда, за полдня выудить удалось всего три рыбки. Говорят, утром клев шел гораздо лучше. Но все равно, зажаренная по нашей просьбе рыба показалась вечером как никогда вкусной. А наутро уже пора было собираться в обратный путь.
Хотя к этому моменту нам захотелось остаться немного дольше, чтобы попробовать прокатиться вдоль речки на лошадях или вернуться в следующий раз на разведку этого маршрута с велосипедами. Пейзажи Тянь-Шаня, пожалуй, вдохновят на подвиги кого угодно. Людей в окрестностях не так много, и такую девственной чистоты природу близ Алматы найти не так просто. Впечатляет и разнообразие – крутые скалы сменяются сосновыми лесами и открытыми зелеными полянами. А среди многочисленных цветов не только декоративные полевые, но и лечебные травы.
Так что с прогулки я возвращалась в умиротворенном настроении и с букетом душицы. Правда, небольшой эпизод несколько вывел меня из состояния равновесия. Из окна встречного черного джипа выглянул человек в военной форме и поинтересовался, откуда я иду и куда. А потом попросил предъявить паспорт. Признаюсь честно, после всех приключений на границе на паспортный контроль и военных у меня была уже почти аллергическая реакция. И только громкий смех Казбека вернул меня на землю – в первый момент и в голову не пришло, что это всего лишь «веселая» шутка нашего гостеприимного хозяина. Так что если среди горных просторов ктото попросит вас предъявить документы – не верьте.
Кстати, следующим утром на обратном пути из лагеря Хан-Тенгри документы у нас спрашивали уже крайне редко. На военном посту, где мы изрядно промокли по дороге к лагерю, шлагбаум открыли еще до того, как мы подъехали к нему вплотную. На границе мы опять прошли все необходимые процедуры. В пользу киргизской стороны пришлось пожертвовать тетрапаком апельсинового сока – не могли устоять перед прямотой пограничника, который просто сказал: «Оставь один!».
Мария Абраменко
Текст www.izvestia.kz