Олимпийский чемпион в лыжных гонках Владимир Смирнов успевает не только успешно заниматься бизнесом, но и реанимировать казахстанский биатлон. Правда, это отнимает столько времени, что свой день рождения отмечал много позже 7 марта - в тот день он готовился к совету директоров.
Легендарный Владимир Смирнов об инкубаторских условиях, странностях, радостях и главном упущенном шансе Азиады.
Справка «Мегаполиса»
Владимир Смирнов, олимпийский чемпион-1994, четырехкратный серебряный призер Олимпиады, обладатель двух олимпийских «бронз». На чемпионатах мира завоевал 10 медалей. Из них четыре – высшего достоинства.
Памятных подарков мне дарили очень много, но из них в офисе имеется только один, – Владимир гордо водружает на стол статуэтку, на которой человек в треуголке сидит на лихом коне. – Мне презентовали его с пожеланием, чтобы я постоянно находился на коне и покорял мир.
Вокруг света. Четыре раза
Скажите, а вы считаете покорением мира завоеванное вами олимпийское «золото»?
Да. Для меня было очень важно претворить свои мечты в жизнь. Я ведь в 1976 году смотрел по телевизору Олимпийские игры в Инсбруке и увидел представителя Казахстана. Это был Иван Иванович Гаранин из Рудного. Тогда я не мог поверить, что кто-то из нашей страны может выступать на белой Олимпиаде! И это впечатление оказалось столь сильным, что я стал тренироваться. Из месяца в месяц, из года в год я покорял спортивные нагрузки, преодолевал лень. Сначала стал выступать в масштабах района, потом страны, а затем начал ездить и по миру. Я даже помню свой первый выезд за рубеж! Это было в 1981 году, отправился я на соревнования в Румынию, где купил себе джинсы. А когда вернулся домой и пришел в школу в этих самых джинсах, то вызвал всеобщее восхищение. Если дальше продолжать говорить о покорении, то это ведь был не только спорт, но и самообразование, когда я учил языки и учился жить после завершения спортивной карьеры…
Можете вспомнить: какая тренировка в вашей карьере была самой продолжительной?
Километры, которые я преодолевал, не каждому что-то скажут. Но я как-то подсчитал, что за свою спортивную карьеру четыре раза обежал вокруг Земли – это 176 тысяч километров. Самая же длительная тренировка длилась много часов, и пробежал я тогда 107 км…
Вы сделали себе имя в лыжных гонках. А теперь возглавляете конкурирующую организацию – Федерацию биатлона. Не обидно, что помогаете не своему виду спорта?
Я никогда не считал, что биатлон и лыжные гонки находятся далеко друг от друга. Да что там: 90 процентов биатлонистов состоят из лыжников! Другое дело, что это совсем другая организация. Когда мне предложили возглавить Федерацию биатлона Казахстана – я с радостью согласился. А лыжники меня просто не приглашали.
Придя в биатлон в 2005-м, увидел, что работы непочатый край. И сейчас есть такой парадокс: несмотря на то, что проделано очень многое, понимаю: еще ничего не сделано.
А что считаете главным в проделанной работе?
За четыре года мы провели в Казахстане два чемпионата Азии. Вы только представьте себе: после распада Советского Союза в зимних видах спорта ни одна федерация не провела соревнования такого уровня. А мы готовимся на следующий год принять первенство континента в третий раз! И делается это ведь не для того, чтобы готовить только спортсменов, нужно ведь набираться опыта в проведении соревнований.
«Кроме проектов, кроме слов, мы так ничего и не сделали!»
Сейчас, судя по заявлениям, все только и делают, что набираются опыта и готовятся достойно провести Азиатские игры-2011 в Алматы и Астане…
Я часто задаю себе вопрос: что мы смогли наработать перед Азиатскими играми? Да кроме проектов, кроме слов, мы так ничего и не сделали! На бумагах и на словах у нас все хорошо, денег много выделяется, амбиций много а физически ничего нет. У нас судей нет, волонтеров нет, гидов нет, раскрутка как таковая отсутствует.
Нет ли сожаления, что вы на ситуацию повлиять не можете?
Почему-то все думают, что и я отвечаю за подготовку к Азиаде. Но это не так. Я просто общественный деятель, который со стороны немножко помогает. А конкретно за проведение Азиатских игр отвечают три комитета – от Министерства туризма и спорта и акиматов – столичного и алматинского. Они в идеале должны сотрудничать и делать громадную работу. Но ее просто не видно. Может, она на бумаге делается? Да, начали строиться объекты, но мы видим, как это происходит, и плачем! С теми темпами, что есть сегодня, у нас ничего не успеют сделать. И, видимо, придется достраивать все в последние полгода сломя голову – в ущерб качеству.
Я рад тому, что у нас начали строить сооружения для зимних видов спорта, но нужно ведь получить объекты, которые отвечали бы международным правилам и стандартам, и мы могли организовывать на них чемпионаты мира, Кубки мира…
Вы, будучи спортсменом, знаете, как идет раскрутка тех же Олимпийских игр. Для нас Азиада – своего рода мини-Олимпиада. Но меньше чем за два года до ее проведения у нас нет ни одной программы на ТВ, ни собственного сайта в Интернете. Только вот логотипом умудрились обзавестись…
Этот логотип уже два раза меняли! Когда я начинал работать в оргкомитете, был определен логотип – яблоко, потом снежинка появилась. Быть может, через год третий вариант изобретут…
Байтерек?
Все может быть. Когда мы выносили идею о проведении Азиатских игр в Казахстане, нашей главной целью была Олимпиада. Азиада необходима для того, чтобы построить объекты. И, имея 40 процентов сооружений, которые нужны для Игр, можно было смело выдвигать кандидатуру на проведение Олимпийских игр. И рано или поздно мы бы их получили! А в итоге мы погрязли в той бюрократии, которая вокруг нас вертится. Земли нет, объекты мы не можем строить, а те, кто этим занимаются, боятся приглашать специалистов. И это не соответствует тем ожиданиям, которые были раньше…
Ситуация, мягко говоря, нехорошая…
Да, есть негатив. Но имеются и положительные моменты. Объекты начали строить! У нас – у представителей зимних видов спорта – нет ни одного сооружения. Этот вопрос на самом деле глобальный: в начале 2000 года уже было видно, что зимние виды спорта вскоре в Казахстане начнут стремительно отставать от развития летних. И все потому, что каждому зимнему виду требуется своя арена: сноубордистам, конькобежцам, лыжникам, хоккеистам… А в летних на одном стадионе могут разместиться минимум 15 видов. Потому-то те же бокс, борьба и тяжелая атлетика (даже в моем небольшом офисе вполне можно разместить зал для любого из этих видов!) успешно выступают на Олимпиадах: их гораздо легче развивать.
Но поймите одну вещь: зимние виды спорта охватывают массу людей. Они интегрированы в туризм. Какой вид вы бы ни взяли – это все то, что привлекает народ. И самое главное: объекты в зимних видах могут стать самоокупаемыми.
Желания в ущерб пожеланиям
Давайте вернемся к вашей работе в Федерации биатлона. Почему вы, сделав многое, отмечаете, что не сделано ничего?
Потому что вижу, что сделали другие федерации. Да, мы за три года создали лицо сборной, одели-обули команду. И хотя чаще выезжаем на зарубежные турниры за счет спорткомитета, есть старты, на которые спортсмены едут за счет спонсоров. Но я хочу, чтобы было развитие не только спортивных достижений, но и в работе федерации. А здесь с профессиональной точки зрения не вижу, что мы движемся вперед. Причина на самом деле проста: все организации в нашем спорте – общественные. И у них нет хорошего сотрудничества с Комитетом по спорту. Вот мы с ним пока работаем в разных направлениях. У них свое мнение, у нас свое пожелание. И очень часто они нас не спрашивают, что мы хотим сделать и на какие соревнования выезжать. Приведу простой пример: сейчас проходит зимняя Спартакиада народов Казахстана. Из-за нее ни лыжная, ни биатлонная команды не полетели на Кубки мира! В Ванкувере, где и проводился биатлонный Кубок мира, мы могли посмотреть трассы, ознакомиться с олимпийским объектом, чтобы было хоть какое-то представление о том, где в следующем году будут разыграны медали Олимпиады. Но нет: Спартакиада важнее, чем Кубок мира!
На мой взгляд: это неправильный подход. Тем более, что никто не позвонил и не поинтересовался: правильно мы делаем или нет.
Вы как президент федерации довольны финансированием вашего вида спорта от государства?
Здесь я считаю, что Министерство туризма и спорта хорошо поработало: финансирование сейчас очень хорошее. Если в 2005-м мы за год провели всего три месяца тренировок и выехали на три этапа Кубка мира, то уже в этом году пропустили всего один месяц, все остальное прошло так, как было запланировано. Так что сегодня денежная проблема на 95 процентов решена.
Зато теперь появляется другая проблема: у нас катастрофически не хватает тренеров! И, чтобы не терять в результатах и обучать своих специалистов, привлекают наставников из-за рубежа. В нашей сборной с 1 апреля этого года приступает к работе маститый профессионал – Александр Голубев. Личный тренер Павла Ростовцева, чемпиона мира 2002 года. Это очень серьезное приобретение, которое позволит нашим спортсменам улучшить свои показатели.
«В ребёнке видят будущего олимпийского чемпиона»
Лет восемь назад в нашем спорте постоянно говорилось о нехватке средств. Эту проблему худо-бедно решили, теперь активно говорят, что катастрофически не хватает ни тренерских кадров, ни арен. А есть ли проблема, по сравнению с которой вышеназванные просто меркнут?
Мы нерационально смотрим на развитие спорта в Казахстане. У нас нет генерального плана развития спорта. Как плыли по течению после распада СССР, так и плывем по сей день. У нас до сих пор не провели реформы в спорте и физкультуре. Спорт мы поднимаем, а физкультуру и ту теряем. Вы посмотрите, что происходит в школах! Во многих из них нет самого простого инвентаря. И когда в таких условиях появляется ребенок, показавший неплохой результат, в нем сразу видят будущего олимпийского чемпиона. Да зачем нам это? Ребенок прежде всего должен быть здоровым и заниматься физкультурой не для медали! Уже потом, когда масса людей будет заниматься спортом, из этой самой массы и появится будущий чемпион!
У нас большая проблема заключается в том, что создаются уникальные инкубаторские условия для отдельных спортсменов, и человек годами в них живет. И кроме того, что таким образом мы теряем массовый спорт, так еще и этих ребят портим. И когда этот самый атлет уходит из спорта, то теряет сам себя. Потому что не умеет жить в обществе, а привык, что все ему помогают.
Те самые инкубаторские условия связаны с тем, что не так давно Илья Ильин попал в непонятную историю и угодил в больницу?
Да. Это один из примеров.
После того, как вы завершили карьеру, в сборной Казахстана не появилось ни одного лыжника, который добился и 10 процентов того, чего достигли вы. Они, на ваш взгляд, хорошо тренируются? Или дают себе поблажки?
Мне хочется верить, что ребята выкладываются по максимуму. Но когда наблюдаю за многими лыжниками, то не у всех вижу какое-то стремление стать лучше, сильнее. Может быть, им достаточно того, что они имеют – стипендии в тысячу, полторы тысячи евро и поездки за рубеж? Я ведь их целей не знаю. Но скажу про себя: в любом возрасте у меня было одно стремление: усовершенствовать себя. Я завоевал медаль? А теперь хочу выиграть две награды! И, будучи спортсменом, я никогда не думал о деньгах. Потому что, когда атлет выиграл медаль и думает, сколько он получит за нее, на этом он и заканчивается. Считать деньги нужно, когда завершаешь карьеру. Но только для того, чтобы их правильно вложить.
Напоследок вернемся к наболевшему – Азиатским играм.
Мне кажется, у нас не до конца понимают важность этого события. Кроме того, что это возможность для зимних видов спорта получить хорошее развитие, кроме способа заявить о себе в мире, это ведь и шанс немного измениться всем нам. Чтобы все мы стали немножко взрослее, чтобы расширили свой кругозор, и наше общество стало немного лучше. Но мы настолько узко смотрим, что теряем такие уникальные возможности…
Леонид Юрьев
Текст www.megapolis.kz
Фото www.sports.kz