Визит Нурсултана Назарбаева в Китай совпал не с самыми приятными новостями для Поднебесной, свалившимися из далекой Австралии. Тамошние власти не дали добро на заключение сделки между одной из крупнейших горнодобывающих компаний мира Rio Tinto и китайским алюминиевым гигантом Chinalco.
В феврале компании договорились о том, что Chinalco в обмен на $19,5 млрд инвестиций получит 18% доли в Rio Tinto, накопившей почти $40 млрд долгов. Последняя надеялась быстро провернуть сделку, однако не учла политических аспектов.
Австралийская оппозиция (в лице консерваторов) посчитала, что правительство (в лице лейбористов), под предлогом привлечения иностранных инвесторов в условиях кризиса, пускает китайцев чересчур глубоко в недра, и это грозит стране превращением в сырьевой придаток КНР. Особо досталось премьеру Кевину Радду, китаисту по образованию, которого парламентарии-консерваторы окрестили «китайским агентом влияния» (здесь прослеживаются определенные параллели с Казахстаном). Под давлением оппозиции официальная Канберра притормозила сделку, пообещав вынести решение по ней до начала лета.
Понятно, что обвинения оппозиции (вне зависимости от страны ее обитания и господствующего там режима) нельзя воспринимать как безусловно объективные. С другой стороны, мы, в отличие от пугливой Австралии, у Китая прямо под боком. Из 70 млн т казахстанской нефтедобычи 20 млн т добывается с участием китайских компаний, при этом чисто китайская доля составляет 13 млн т (почти 20%). Китай в равных долях с КазМунайГазом владеет Шымкентским НПЗ.
Ожидается, что в ходе визита Назарбаева в Пекин китайская CNPC получит официальное добро на покупку «Мангистаумунайгаза» (ММГ, добывает 5,7 млн т нефти в год, владеет 58% акций Павлодарского НПЗ). Китайцы полностью оплатят сделку (конечным собственником ММГ, по некоторой информации, является Рахат Алиев, сумма сделки хранится в тайне), после чего половину актива перепродадут КазМунайГазу. Кроме того, Китай готов за свой счет построить новый НПЗ в Восточном Казахстане. Если вся эта информация подтвердится, Китай будет так или иначе контролировать три из четырех казахстанских НПЗ (кроме Атырауского).
Две наши страны связаны нефтепроводом, скоро к нему добавится газопровод. Астана привлекает внешние займы для строительства автокоридора «Западная Европа – Западный Китай». На днях министр финансов Болат Жамишев заявил, что Казахстан в качестве резервной валюты может использовать юань, если Китаю удастся обеспечить его глобальную конвертируемость. Словом, тенденция ко все более тесному партнерству с могучим соседом прослеживается отчетливо.
Наверное, для стран с общей границей это хорошо. Китайцев не надо бояться – их надо понимать. Вот здесь-то и кроется главная проблема – слишком уж мы отличаемся от этого чрезвычайно трудолюбивого и неприхотливого в быту народа. В этой связи вспоминается идея Президента о трехъязычии нашей нации. Быть может, есть смысл к казахскому, русскому и английскому добавить еще и китайский? Это тот самый случай, когда знания, с учетом национальной безопасности, лишними не бывают. Австралийцам в плане безопасности куда проще – у них остров...