Сегодня мне рассказали одну из интереснейших легенд об амазонских женщинах, что подтолкнуло мой разум к раздумьям. Как нам всем известно, амазонками называли великолепных и сильных девушек-воинов, отличных наездниц, которые жили независимо, отдельно от мужского пола в темные времена. Мужчинами они пользовались только для продолжения рода и личных потех, конечно же. В наши дни мы их называем феминистками. Предание рассказывает, что амазонские женщины с плененными во время боя мужиками вытворяли безжалостные вещи (прежде, чем приступить к удовлетворению личных естественных желаний). Они им ранили руку либо ногу не только, чтобы пленники не могли сбежать, а прежде всего чтоб те становились искуснее в постели. Смысл был вот какой: когда что-то кое-где забрать, то где-то подбавится. Руководствуясь таким же правилом, они выжигли грудь с правой стороны дочерям, чтобы рука с того же боку становилась сильнее от усиленного питания. Таким образом, когда лишить мужика конечности, сила данного органа уйдет в фаллос! Оставим комменты за бортом, потому что я стараюсь подойти вот к чему.
Услышав эту легенду, я вспомнил ситуацию моей подруги по имени Маруся. Так вот, она подтолкнула меня выделить такое понятие, как «комплекс амазонки». Это по той причине, что, как сама она рассказывала мне, ей постоянно нравились хромые парни. Они вызывают в ее сердце невинное ощущение сожаления, которое перерастает в нежность, а позже и в склонность. Еще в школе она встречалась с мальчиком, который с ней захотел познакомиться, когда он ходил на костылях, потому как повредил колено, угодив под машину. В университете подобных парней оказалось 2. В конце учебы она встретила ее нынешнего мужа. Увиделись они на пляже, он хромал на правую сторону, поскольку вывернул палец, играя в волейбол. Маруся посмотрела на и потеряла голову. Сердечко ее сжалось, как это случалось и раньше, в общем, поговорив с ним часок-другой, она втюрилась. И хотя нога через месяц перестала болеть, Николай прекратил хромать, она его все так же любила, а вскоре вышла замуж за него. Интересно, что Маруся не понимала сама, из-за чего ей так симпатичны хромые парни, поскольку на мужиков со сломанной ключицей либо перебинтованным черепом она глядела как все, без никаких буйных переживаний. Николая не смущает тот, факт, что, возможно, не сломал бы он тогда ногу, Маруся бы и не заметила его. Особа она красивая, отсутствием внимания обычно не мучилась. Толку гадать? Что было, то было. Проблема в другом: а что, если она встретит другого мужчину со сломанной конечностью, не покинет ли она ее здорового супруга? Ведь, по ходу, ею управляют исторически закладенные в женский мозг стереотипы. На каком-то портале прочитал выражение царицы Антианиру о том, почему рабы в ее краях хромают, она ответила: «Хромые значительно активнее в любви».
Cегодняшняя наука, естественно, отвергает целесообразность такого способа улучшения потенции, в который веровали смелые амазонки. Она нашла уйму других, более щадящих и действенных. Но о наличии психологических комплексов в наше время слышали все. Это побудило меня поразмыслить, какие бессознательные страхи присутствуют у меня? Из наиболее известных комплексом неполноценности страдают, скорее всего, все, а я — как все. Отсюда — неуверенность в собственных возможностях, иногда мешающая сделать решительный, хотя существенный шаг. Поскольку данный комплекс наиболее популярный, он, наверное, и наиболее безобидный из признанных. Впрочем, моему другу не достает храбрости завести знакомство с симпатичной ему женщиной. Объяснением этого, конечно же, является опасение услышать отказ из-за его неидеальной наружности. Как-то ему вконце-концов улыбнулась фортуна, он начал встречаться с одной весьма даже прелестной девушкой. Их отношения длились относительно продолжительное время, однако все-таки они расстались (она ушла от него, не вытерпев его придирчивости). Это настолько уязвило сердце парня, что он принял решение не бороться со своим страхом более, а поднять белый флаг, не пытаться с кем-то познакомиться. Шаг не стоит хвалы, бесспорно, однако данный комплекс приносил ему, как получилось, слишком много моральных терзаний, пойти на которые еще раз он не согласен.