Сегодня идет пересмотр «тяжелых» проектов и ошибочных решений. Казахстану в любом случае придется заниматься космосом, ведь на нашей территории находится Байконур, где работают крупные зарубежные компании. На территории Байконура расположены крупные оборонные проекты России.
Уже две недели первый казахстанский спутник не отвечает на программные запросы, не ориентированно вращаясь на орбите. А на днях из уст председателя НКА Талгата Мусабаева прозвучали слова о том, что "вытащить" "КазСат" практически невозможно, хотя наши российские партнеры из Центра Хруничева утверждают, что "все еще может быть". Руководитель же компании Space energy Нурлан Аселкан, который еще несколько лет назад на страницах Central Asia Monitor фактически предсказал сегодняшнюю аварию спутника, говорит, что "КазСат" погиб. И не верить ему мы просто не имеем оснований.
Как вы думаете, непризнанная еще официально гибель "КазСата-1" удар по чему?
Кроме того, конечно, что это удар по слабому еще космическому имиджу нашей страны, в каком-то смысле по экономике и еще по чьему-то самолюбию… Ну, во-первых, это удар по системе принятия решений. Во-вторых, по компетентности сотрудников, принимавших в свое время судьбоносные решения. Конечно, речь идет не только о космическом спектре. Все гораздо серьезнее. Ведь решение о выборе спутника и генерального подрядчика, если говорить конкретно, принималось специалистами Национального инновационного фонда, которые имеют очень слабое отношение к собственно космической отрасли.
Беда ведь в чем? Не было объявлено широкомасштабного международного тендера, как это обычно делается в таких случаях, и потому серьезные производители спутниковых платформ как с Запада (например, "Астриум", "Боинг"), так и из России не были привлечены. В России ведь есть компании, умеющие выпускать отличные спутники, например, НПО имени Решетнева в Красноярске. Однако Центр имени Хруничева оказался наиболее востребованным в глазах казахстанских партнеров, хотя специализируется на выпуске ракетоносителей, а на производство спутников вышел лишь в последнее время, чтобы обеспечивать полный комплекс космического сервиса.
Платформа, на которой основан "КазСат", называется "Яхта". Специалисты Центра при поддержке ряда профильных компаний произвели свой первый спутник связи, продемонстрировали его на выставках и впоследствии продали нам. Несмотря на достаточно низкую стоимость - 65 миллионов долларов - для Центра это была очень выгодная сделка, ведь речь идет об экспериментальной платформе. Современный коммуникационный спутник, изготовленный какой-нибудь из ведущих западных компаний, стоит от 150 до 200 миллионов долларов.
Более того, можно вспомнить еще один интересный эпизод, о котором мало кто знает. В свое время, когда этот спутник уже был готов, россияне решили еще раз сэкономить, запустив его в качестве дополнительной нагрузки к спутнику "АрабСат". То есть "Протон", ракетоноситель, выводил по контракту коммерческий спутник связи "АрабСат", причем спутник качественный, хороший, большой. Но в связи с тем, что "КазСат" весит всего 1300 килограммов, возникла идея расположить его в донной части, запустить оба спутника и разделить их на орбите.
Таким образом, одной ракетой выводились два спутника. Вообще, такая технология существует, однако в данном случае она не сработала, поскольку заказчики "АрабСата" резонно рассудили, что это резко повысит риски: выйдет ли их спутник на орбиту, не будет ли каких-либо сбоев, отцепится ли "КазСат" как положено и так далее. Поэтому такая, будем называть вещи своими именами, афера не прошла.
Какова была позиция нашей стороны?
Мнения нашей стороны я не знаю. Мне оно вообще неизвестно. Это была многоходовая и достаточно интересная комбинация. Я знаю, что тогдашний руководитель Центра Хруничева господин Медведев имел у нас очень высокий авторитет в соответствующих кабинетах, среди чиновников. Именно в то время был подписан контракт на создание ракетного комплекса "Байтерек". Я думаю, что со временем "Байтерек" может стать не меньшим, а, скорее всего, даже большим скандалом, чем "КазСат".
Кстати, обо всех этих моментах мы писали в вашей газете за год до запуска "КазСата". О том, что платформа эта экспериментальная, о том, что Центр Хруничева не умеет делать спутники, хотя и умеет делать другие вещи, о возможных последствиях, кстати, тоже. Не знаю даже, как оценить то, что наши прогнозы сбылись. И все-таки неприятного больше - ведь все мы, в первую очередь, являемся сторонниками развития отрасли.
Насколько ваше мнение по поводу "КазСата" разнится с официальной версией космического агентства?
В понедельник председатель космического агентства сообщил, что спутник находится в тяжелом состоянии. Жив, но плохо дышит. Он также сказал, что "КазСат" ни на какие команды не реагирует, не ориентированно вращается с периодом один оборот в девять минут. И что сейчас специалисты Казахстана и России пытаются обеспечить его включение путем разрядки аккумуляторной батареи, то есть полного исчерпания его ресурсов, и после этого по их подсчетам может пойти (он подчеркнул это - МОЖЕТ пойти) перезагрузка.
Если это и произойдет, то лишь в начале осени. Там же Талгат Амангельдинович сказал, что вероятность такого запуска достаточно мала. А наше мнение, мнение компании Space energy, основанное на тех данных, которые дают средства оптического контроля, а также на оценках наших и российских специалистов, такое - спутник погиб. Обычно из подобных ситуаций спутники выходят крайне редко. Был такой прецедент: во времена еще Советского Союза удалось спасти спутник "Радуга", когда он зашел в закрутку и потерял ориентацию. Но тогда в СССР имелась достаточно сильная наземная инфраструктура, вся отрасль была единым механизмом, все работали в единой цепочке, не возникало проблем с финансированием, не происходило закрытие отдельных обсерваторий, не было нехватки кадров.
Тогда, в тех условиях, люди "вытащили" спутник. Но это, можно сказать, исключение из правил, поскольку при любой степени развитости наземной инфраструктуры такая проблема является трудноразрешимой. Ведь если уж командный комплекс на спутнике не действует, а сам спутник начал крутиться - он не ориентирован, то будь он хоть американский, хоть советский, его трудно вывести. В данном случае, учитывая, что спутник небольшой, что это экспериментальная платформа с небольшим набором резервирования и т.д. и т.п., естественно, преобладают пессимистические оценки.
Все готовы сегодня всех собак повесить на старое руководство. Насколько это справедливо?
Сегодня понятно только одно: нынешнее руководство не покупало этот спутник. Но самое интересное, что оно не покупало и второй спутник, запуск которого вскоре ожидается. Ладно, Бог с ним, с почти или уже погибшим спутником. Существует проблема гораздо более серьезная. Сейчас Центр Хруничева на стапелях заканчивает сборку "КазСата-2", который, кстати, сделан на той же платформе, что и первый, но с более объемной полезной нагрузкой. Количество транспондеров увеличено с 12 до 16. То есть система здесь такая. Представьте, что спутник - это, допустим, грузовой автомобиль. А вот кран или пожарная установка на автомобиле изготавливается уже другой фирмой. Это и есть полезная нагрузка.
То есть борт российский, а полезная нагрузка сделана итальянскими или французскими компаниями. Кстати, на "КазСате" транспондеры работали хорошо и не отказали. Отказал борт. На новом спутнике количество транспондеров будет увеличено, а борт останется прежним, со старыми ошибками, и принципиальных изменений в него уже не внести. Этот контракт был заключен почти сразу же после запуска "КазСата", и нынешнее руководство не имеет к нему никакого отношения. И как быть в такой ситуации?
Можно ли приостановить новый проект?
Сделать это будет очень сложно. Вообще запуск "КазСата-2" планируется на лето будущего года. Фактически он готов на 60 процентов. В случае остановки проекта речь пойдет о неустойках и прочих подобных неприятных вещах. Трудно сказать, как быть. Знаю лишь, что я не хотел бы оказаться на месте руководителей Казкосмоса.
Насколько вероятна авария второго спутника?
Скажем так: платформа, на которой сделан спутник, пока не может считаться надежной. Если задаться целью завести нормальный коммуникационный спутник, то нужно объявить тендер, в рамках которого на основе технического задания будут готовиться предложения компаний, и какой-то крупный мировой производитель будет предоставлять услуги, обеспечивая запуск и эксплуатацию спутника. Так поступили, например, вьетнамцы. Спутник, купленный ими, стоит 180 миллионов долларов. Все логично. Скорее всего, там будет прекрасная платформа. Более того, когда случилась авария с "КазСатом", наши потребители перешли на спутник "ИнтлСат-904". Это спутник, который работает на орбите свыше десяти лет. И работает нормально.
А была ли какая-то реакция со стороны, быть может, властей на ваши публикации?
Не было. Но были благожелательные комментарии, типа: "Правильно, пишите!" (смеется). Это ведь всем известные факты. С тем же "Байтереком", например. По соглашению 2004 года первый старт должен быть в 2008 году. А там еще конь не валялся. Более того, российская ракета "Ангара", на базе которой должен был создаваться "Байтерек", должна была стартовать в 1999-м году. Потом в 2002-м, в 2005-м, в 2008-м. По последним данным, старт отложен на 2012-й год. Соответственно старт "Байтерека" - в 2013-м при самом оптимистичном раскладе. Хотя уверен, что он уйдет вправо. В смысле - еще дальше в сторону 2030-го…Проект, говорят, испытывает серьезные технические и конструкторские проблемы.
Если абстрагироваться от случившегося с "КазСатом", как вы считаете, насколько все плохо в космической отрасли страны?
Ну почему же плохо? К примеру, сейчас дела стали налаживаться - в том смысле, что создано центральное ведомство на уровне министерства, то есть Национальное космическое агентство, подчиняющееся премьер-министру. В агентстве сегодня в три раза увеличен штат. Перед ним поставлена задача стать координатором всех вопросов, так же, как на МИД возложена координация внешнеполитических действий. И сегодня идет пересмотр "тяжелых" проектов и ошибочных решений. На мой взгляд, это положительная тенденция. Казахстану в любом случае придется заниматься космосом, ведь на нашей территории находится Байконур, где работают крупные зарубежные компании.
На территории Байконура расположены крупные оборонные проекты России. Сегодня ходят слухи об уходе России с Байконура. И вот тогда у нас появится выбор - остаться с самой большой свалкой металлолома в мире, либо найти новые формы развития космонавтики. Спросите у специалистов, насколько возможна работа на Байконуре, если Россия уйдет на Дальний Восток. Они ответят: "Конечно, возможна". Более того, в этой работе могут принять участие коммерческие российские компании, причем такие предложения есть уже сегодня. Можно не использовать все площадки или избыточные ресурсы, а сосредоточиться на каких-то конкретных - четких и ясных - проектах, обеспечить комфортное, льготное присутствие западных инвесторов и при этом активно участвовать самим.
Не все так плохо, как кажется…
Конечно. Есть главный позитив: желание Казахстана на государственном уровне работать в космической отрасли и получать от этого прибыль. Единственное - рассчитывать, скажем, на прибыль с "Байтерека" наивно. Коммерческий спутник может приносить прибыль, но для этого требуется ряд условий: спутников должно быть, как минимум, три, они должны друг друга взаимогарантировать, иметь устойчивую работу в течение пяти лет и широкий круг наработанных потребителей. Тогда это начнет приносить доход. А мы запустили всего лишь один спутник - а сколько вокруг этого шуму?!
Сейчас приходит осознание того, что нужно вкладываться на государственном уровне, изучать технологии, обучать специалистов, закупать технику. Так, как это делают Индия, Бразилия, Алжир, Турция и другие. Почему бедные страны столь серьезно занимаются космонавтикой? Да потому что космонавтика - дешевый способ решить многие проблемы, стоящие перед страной. Проблемы связи, контроля за своей территорией и, не дай Бог, за территорией соседей, которые могут замышлять недоброе. Это возможность дать навигацию, координатную сетку, картографию и так далее для всех отраслей народного хозяйства. Это возможность предсказывать стихийные бедствия и давать точные прогнозы на урожай. Многие думают, что космонавтикой занимаются потому, что это престижно. Ни в коем случае. Этим занимаются по причине необходимости. И потому развивающиеся страны наиболее активно занимаются разработкой космических технологий.
ПРЕЦЕДЕНТ
Нельзя мазать Центр Хруничева одной черной краской. Это уважаемая компания, много сделавшая и на высоком уровне изготавливающая ракетоносители. Другое дело, что мы с ней сработались очень плохо. Хотя у нее есть очень много успешных проектов. Например, Южная Корея заказала этому Центру изготовление национального ракетоносителя. Причем сделано все было на совершенно иных условиях, нежели в случае с "Байтереком". Для "Байтерека" основой служит неизвестно какая и никогда не летавшая ракета, которая непонятно когда вообще будет создана. Причем мы вкладываем деньги в самую дорогостоящую часть - стартовый комплекс. А он в любой момент может пострадать от взрыва ракеты. То есть налицо большие риски. При этом ракета остается как бы российской. Корейцы же заказали свой носитель у Центра Хруничева, который за деньги создает и разрабатывает носитель. Потом он передается корейской стороне, которая эксплуатирует его самостоятельно. То есть совместные проекты с Центром Хруничева возможны. Нужны просто умные механизмы и светлая голова. Вот и все. Ведь почему-то именно в случае с нами все делается по-дурацки.
ФАКТ
8 июня в 10:00 (время Астаны) спутник "КазСат-1" прервал свое вещание. На спутнике произошла нештатная ситуация - сбой в бортовой цифровой вычислительной системе. Сотрудники государственного предприятия "Космическая связь" (ГПКС) совместно с коллегами республиканского центра космической связи (РЦКС) Казахстана пытаются в настоящий момент восстановить работоспособность спутника, наладить с ним двухсторонний обмен данными. Высока вероятность того, что спутник будет потерян. Одной из причин череды нештатных ситуаций со спутником специалисты считают то, что в качестве базовой для национального спутника была выбрана экспериментальная платформа. Ее выбор в свое время был осуществлен без участия отечественных специалистов. Национальное космическое агентство анализирует ситуацию и вырабатывает меры для недопущения подобного в будущем. Программа развития космической деятельности на 2005-2007 гг. была реализована, как известно, с многочисленными промахами и ошибками, которые стоили бюджету немалых потерь. Эффективное управление и координация - это одна из главных задач созданного в конце марта прошлого года Национального космического агентства. Сегодня прилагается максимум усилий для того, чтобы нивелировать последствия решений и шагов прежних структур, отвечавших за развитие космической отрасли, и выполнить поставленные перед отраслью задачи.
Игорь Хен
Текст www.camonitor.com
Фото www.contmob.ru